И я занялся, набрал номер еще одного моего друга и дальнего родственника, начальника криминальной милиции города Николая Матвеевича Береста.

На удивление, он оказался на месте.

— Комиссар Берест, слушаю.

— Привет гражданину начальнику от завязавшего Кота!

— Здорово. А с чем завязавшего?

— С курением, — у меня непроизвольно вырвался ностальгический вздох.

Я вспомнил, что уже в третий раз «решительно» бросил курить аж целую неделю назад, когда Настенька Волкогонова — новый корректор в нашей типографии — отказалась целоваться после романтической прогулки по ночному городу, заявив, что не выносит табачного перегара в сочетании с пушистыми усами и мягкой бородой. Я немедленно выбросил початую пачку в урну, но на третий день привычка заявила о себе в полный рост усилением слюноотделения, зудом ушей и трудностями с засыпанием. Пришлось разориться на дорогущие антиникотиновые жвачки, но, вопреки рекламе, они помогали слабо, и курить хотелось зверски. Берест тоже боролся с «желтым змием» уже который год, правда, с переменным успехом. А о том, что в столе на службе у него припрятана вересковая трубка (память о сотрудничестве с английскими коллегами) с пачкой классических папирос «Герцеговина Флор», знало все управление, но делало вид, что комиссар держится молодцом.

— Безнадега, — отозвался таким же вздохом Николай, и я понял, что «змий» выиграл очередное сражение: полковник курил трубку с утра пораньше.

— Ладно, «кто не курит и не пьет…», что у нас плохого на день грядущий?

— Ты мне лучше скажи, куда опера моего дел?

— Бог с вами, гражданин начальник, какой еще такой опер?! — у меня внутри зашевелился неприятный холодный комочек дурного предчувствия: неужели Олег «сошел с дистанции»? А ведь всегда был покрепче меня!



2 из 237