Нэнси Кресс


Эй-эс


Ах, вернись, вернись, мой Джесс, поскорей домой,

Стосковалась по тебе, милый, милый мой.

И родному очагу не согреть меня:

Замерзаю, не могу, даже у огня,

И, пустая, холодна без тебя постель,

И без сна ночь длинна… Словно бы метель

Веет-веет надо мной, и ложусь как в гроб,

Ложе наше для меня стало что сугроб.

Воротись, мой Джесс, домой, горько мне одной,

Слезы капают из глаз, в сердце - волчий вой.

Джепис Ян. Джесс, 1972 [Пер. В. Полищук]


Почему вы вступили в Корпус? - спросил ее Лолимел перед самым приземлением; они сидели в концевом отсеке шаттла. Мия беспомощно взглянула на молодого человека - как можно ответить на такой вопрос? Особенно если его задают идеалистически настроенные, фанатичные рекруты, которые даже еще не подозревают, что война - это пустая трата времени, а такие бессмысленные разговоры - тем более.

- Причин много, - мрачно и расплывчато ответила Мия.

Парень был похож на всех остальных медработников, с которыми ей приходилось сталкиваться в течение многих десятилетий на многих планетах: серьезный, с густыми волосами и красивой модификацией генов, немного сумасшедший. Но ведь для того, чтобы оставить Землю и вступить в Корпус, как раз и нужно быть слегка сумасшедшим. Всем известно, что, когда ты вернешься (если вообще вернешься), все, что ты прежде знал, давно превратится в прах.

Этот был настойчивее других.

- Какие именно причины?

- Те же, что и у тебя, Лолимел, - ответила она, стараясь не повышать голос. - А теперь помолчи, пожалуйста, мы входим в атмосферные слои.

- Да, но…

- Помолчи. - Ему гораздо легче переносить вход в атмосферу, ведь у него кости еще крепкие. А костный скелет в космосе сильно размягчается независимо от того, тренируется ли человек, принимает ли специальные добавки или проходит генную терапию. Мия откинулась в кресле и закрыла глаза. Десять минут ломки или чуть больше, потом приземление. Ну, десять минут она выдержит. А может, и нет.



1 из 24