Робин Ли Хэтчер

Гордая любовь

Каменные стены – еще не тюрьма,

Железные прутья – еще не клетка.

Невинные, мирные умы

Примут их за одинокое убежище.


Я теперь свободна любить,

И свободна моя душа.

Только ангелы в небесах

Понимают, как жизнь хороша.

Ричард Лавлейс

1

Май, 1890. Ранчо «Блю Спрингс», Айдахо

– Опять ты, Бэвенс? – прошептала Либби, щурясь от солнца и всматриваясь в фигуру приближающегося всадника. – Ии за что, пока я жива!

Наездник приостановил коня, по-прежнему скрываясь в тени густых зарослей сосен и тополей. Начали спускаться ранние сумерки, и от этого следить за приближающимся человеком ей стало труднее. Она не знала, что привело его сюда на сей раз, но не ждала от визитера ничего хорошего. Тимоти Бэвенс не таков, чтобы ждать от него приятных вестей.

Она отошла от окна, так, чтобы ее невозможно было заметить, осторожно приблизилась к входной двери и проверила, хорошо ли та закрыта.

Дверь была заперта, и Либби с облегчением вздохнула, но тревожные мысли не оставили ее. Бэвенс в любой момент мог попытаться проникнуть в дом. Хотя это оказалось бы, пожалуй, слишком незатейливо для такой змеи в человеческом обличье. Наверняка он думает, что очень легко испугать девушку, которая живет в доме совершенно одна.

«Да уж, на это он способен!» – подумала Либби, упрямо сжав губы.

Как бы страшно ей не было, Либби не собиралась дожидаться, пока Бэвенс начнет действовать. Она не даст ему ни малейшей возможности осуществить свои грязные намерения. На сей раз не даст!

Либби схватила двустволку, стоящую в углу около стены, и решительно выдохнула, словно прибавляя себе смелости. Затем она направилась в спальню Сойера и, заглянув внутрь, обратилась к мальчику, лежащему в кровати:

– Сойер, что-то испугало лошадей. Может, снова койот. Пойду прогоню его. Если что-нибудь услышишь, не пугайся. Это я.



1 из 256