Вилли Конн

ЮБКА АНЖЕЛИКИ

— Вы все еще намерены выпустить мне кишки, маркиз? — граф д’Аршаньяк насмешливо тронул свою трехгранную андалузскую шпагу, знаменитую тем, что, вылетев из ножен, она никогда не возвращалась назад, не напившись человеческой крови. Заколотых ею людей было гораздо больше, чем камней, украшавших эфес.

— Клянусь распятием, я сделаю это, граф! — благородное лицо капитана королевских мушкетеров маркиза де Бруа побледнело, никогда еще ангел смерти не стоял так близко за его спиной.

— И вас ничто не смущает, капитан? — притворно улыбаясь, д’Аршаньяк шевельнул эфес, и блеск ваальских бриллиантов на миг ослепил мушкетера.

Преодолевая внезапную слепоту, он смело взглянул в холодные немигающие глаза д’Аршаньяка.

— Я знаю, граф, что вашим клинком управляет дьявол, но это меня не остановит. Вы публично оскорбили самое возвышенное и прекрасное существо…

— Не преувеличивайте, капитан, — перебил граф, — я всего лишь сказал, что эта шлюха — Анжелика — во сто крат привлекательнее вашей невесты. Держу пари, увидев Анжелику, вы тут же изменили бы своей замухрышке. Ха-ха!

— Молчите, граф, или я проткну вас, — мушкетер выхватил шпагу. Но в ту же секунду черная молния отшвырнула его к стене. Жалобно пискнув, клинок переломился надвое — это был удар графа.

— Проклятье! — мушкетер отбросил бесполезный обломок шпаги.

— Честное слово, капитан, мне скучно убивать вас, — огромная, отвратительная голая голова графа, напоминающая надутый бычий пузырь, приблизилась, и мушкетер услышал вкрадчивый шепот, похожий на шорох подслащенного яда, пересыпаемого в бокал:

— Поедемте к Анжелике, капитан, и, если вы устоите перед ее чарами, то на сегодняшнем приеме в Лувре можете дать мне пощечину, после чего я удалюсь из Парижа.

— А если не устою? — капитан стряхнул на пол капли крови с рассеченной руки, — что должен буду сделать я?



1 из 22